ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
(ВЫНЕСЕНО V СЕКЦИЕЙ)
ПО МАТЕРИАЛАМ ПОСТАНОВЛЕНИЯ
от 18 ноября 2010 года
РИШЕ И ЛЕ БЕР ПРОТИВ ФРАНЦИИ (RICHET AND LE BER V. FRANCE) (N 8990/07 И 23905/07)
Обстоятельства дела
Заявители унаследовали остров. В 1969 году государство выразило интерес в приобретении острова у семьи, которая хотела продать часть их земли. Предварительные договоры о продаже были подписаны в декабре 1970 года, и было согласовано, что часть земли будет сохранена и застроена. В январе 1971 года Национальная комиссия по сделкам с недвижимостью и вопросам архитектуры дала благоприятное заключение по сделке и установила, что участок земли, который мог быть застроен, должен был оставаться в неизменном состоянии и не должен был затрагиваться изменениями в сфере городского планирования. Продажа была осуществлена в мае 1971 г. В 1978 году был составлен проект плана землепользования в муниципалитете с целью предотвратить новое строительство на острове по причине его экологической ценности. Утверждая, что план не принимал во внимание или принимал во внимание лишь частично обязательства государства, вытекающие из актов о продаже <*>, заявители жаловались властям, в частности префекту, однако безуспешно. План землепользования был утвержден в 1985 году. В результате заявления о разрешении на строительство, поданные заявителями, были отклонены. Они безуспешно жаловались в административные и общие суды.
<*> В соответствии с французским законодательством акт о продаже представляет собой документ, подписываемый в присутствии нотариуса покупателем и продавцом недвижимости и завершающий сделку купли-продажи. Как правило, он подписывается через несколько месяцев после подписания предварительного договора, в течение которых продавец освобождает недвижимость, покупатель передает нотариусу денежные средства, а нотариус проверяет юридическую чистоту сделки (прим. переводчика).
Вопросы права
По поводу соблюдения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. (a) Располагали ли заявители имуществом. Гарантия, данная заявителям, в соответствии с которой они могли сохранить часть земли, а также сохраняли право возводить определенные строения на ней, была зафиксирована письменно в основных документах, касающихся продажи. В актах о продаже или иных связанных документах не было указано, что возможность строительства зависела от правил городского планирования. Заявителям были предоставлены права на строительство в соответствии с актами о продаже, и они имели законное ожидание в отношении возможности осуществления таких прав на основании согласованных договорных условий. Таким образом, они располагали "имуществом" в значении статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
(b) По поводу соблюдения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Имело место вмешательство в право заявителей на уважение собственности, поскольку власти воспрепятствовали в осуществлении их права строительства на участках земли, которые они сохранили, в соответствии с условиями, предусмотренными актами о продаже. Эти меры представляли собой контроль за "использованием собственности" заявителями в значении второго абзаца статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Нет сомнений, что государство, осуществляя покупку по частноправовому договору, преследовало законную цель в общественных интересах, а именно цель защиты окружающей природной среды и, в частности, защиты острова, и обжалуемое вмешательство преследовало ту же цель. Заявители не могли подвергаться критике за то, что они не осуществили строительство зданий, предусмотренных в актах о продаже, до утверждения плана землепользования. Будучи извещенными о возможном изменении правил городского планирования и об утверждении плана землепользования в муниципалитете, меняющих предыдущие правила в сфере городского планирования, они обратились к властям, чтобы напомнить последним о договорных обязательствах государства и попытаться обеспечить их отражение в документах по городскому планированию. Когда эта инициатива не дала результатов, заявители безуспешно возбудили разбирательства в судах двух юрисдикций, требуя исполнения договоров или их аннулирования с выплатой компенсации причиненных убытков.
В дополнение к тому факту, что государство, принимая во внимание его полномочия и объем компетенции, играло активную и решающую роль в переговорах и подписании актов о продаже, власти были осведомлены об объеме их договорных обязательств и их воздействии на окружающую природную среду острова, но не приняли мер для соблюдения своих обязательств. Если планируемые постройки действительно были несовместимы с защитой участка, власти могли предложить заявителям финансовую компенсацию или компенсацию в натуре в отношении ущерба, который они понесли по причине несоблюдения актов о продаже. Таким образом, действия властей воспрепятствовали заявителям в эффективном использовании их прав, а также лишили их возможности, при отсутствии такого использования, пересмотреть условия актов о продаже или получить компенсацию понесенного ущерба. На заявителей, таким образом, было возложено индивидуальное и чрезмерное бремя, нарушившее справедливое равновесие, которое должно было быть достигнуто между защитой их собственности и требованиями общественного интереса.
Постановление
По делу допущено нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято единогласно).
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить 700 000 евро Ле Бер и 800 000 евро совместно остальным заявителям в качестве компенсации материального ущерба; 10 000 евро Ле Бер и 3 000 евро каждому из остальных заявителей в качестве компенсации морального вреда.