КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 ноября 2019 г. N 3210-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА ГЛУХИХ ИГОРЯ ГЕОРГИЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 277 И 278 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина И.Г. Глухих к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В ходе судебного разбирательства по уголовному делу в отношении гражданина И.Г. Глухих допрошены пять несовершеннолетних потерпевших, показания которых наряду с другими доказательствами положены в основу обвинительного приговора. Оставляя данное решение без изменения, суд апелляционной инстанции отметил, что факт допроса в судебном заседании потерпевших в присутствии остальных явившихся потерпевших не может быть расценен в качестве нарушения уголовно-процессуального закона.
В этой связи И.Г. Глухих просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, в частности ее статье 23, статьи 277 "Допрос потерпевшего" и 278 "Допрос свидетелей" УПК Российской Федерации, поскольку, по его мнению, данные нормы, допуская в ходе судебного разбирательства допрос несовершеннолетних потерпевших в присутствии друг друга без удаления из зала суда недопрошенных потерпевших и без предупреждения их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, создают предпосылку для оговора подсудимого.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
По смыслу части первой статьи 42 УПК Российской Федерации, потерпевшим признается физическое лицо, которому причинен физический, имущественный, моральный вред непосредственно тем общественно опасным деянием, по признакам которого было возбуждено уголовное дело.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, потерпевший как участник уголовного судопроизводства имеет собственные интересы, для защиты которых он наделен адекватными правами стороны в судебном процессе. Лишение потерпевшего возможности восстановления своих прав и защиты интересов противоречит общеправовому принципу справедливости, выходит за пределы конституционно допустимых ограничений прав и свобод, ущемляет закрепленные Конституцией Российской Федерации права на доступ к правосудию и на судебную защиту. При этом конституционная обязанность защиты прав потерпевших от преступлений, обеспечения им доступа к правосудию и компенсации причиненного ущерба не противопоставляется правам подозреваемых, обвиняемых, реализация которых не должна нарушать права и свободы других лиц (статья 17 Конституции Российской Федерации). Признание лица потерпевшим подчеркивает его личную заинтересованность в деле - в связи с чем законодателем он отнесен к числу участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения - и тем самым исключает оценку его показаний как показаний незаинтересованного свидетеля, что в конечном счете служит интересам обвиняемого (определения от 21 октября 2008 года N 672-О-О, от 5 июня 2014 года N 1534-О и от 20 декабря 2018 года N 3405-О).
Наряду с этим Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации определяет участие потерпевшего в качестве одного из общих условий судебного разбирательства (часть первая статьи 249), а также предусматривает, что потерпевший допрашивается в порядке, установленном частями второй - шестой статьи 278 и статьей 278.1 данного Кодекса, и с разрешения председательствующего может давать показания в любой момент судебного следствия (статья 277). Таким образом, потерпевший может находиться в зале суда на протяжении всего судебного разбирательства, при исследовании всех обстоятельств причинившего ему вред преступления, в том числе присутствовать при допросе иных потерпевших по этому же уголовному делу.
При этом само по себе непредупреждение несовершеннолетнего потерпевшего при его допросе в ходе судебного разбирательства об ответственности за дачу заведомо ложных показаний не предопределяет оценку данных им показаний как недопустимых доказательств. Такие показания не имеют заранее установленной силы и не обладают преимуществом перед другими доказательствами, а, напротив, подлежат, как и все иные доказательства, проверке и оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности по всем правилам уголовно-процессуального закона (статьи 17, 73, 74, 75, 85 - 88 и 299 УПК Российской Федерации).
Следовательно, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в указанном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Глухих Игоря Георгиевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. ЗОРЬКИН