ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 ноября 2020 г. N 88-15789/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-759/2019, УИД 54RS0035-01-2019-001840-55 по исковому заявлению М.А. к СПК колхоз "Победа" о признании незаконным увольнения, об изменении формулировки и даты увольнения, о взыскании заработной платы и оплаты вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда,
по кассационной жалобе М.А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 4 июня 2020 г.
Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Латушкиной С.Б., судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции
установила:
М.А. обратился в суд с иском к СПК колхоз "Победа" о признании незаконным увольнения, об изменении формулировки и даты увольнения, о взыскании заработной платы и оплаты вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований М.А. указал, что согласно приказу N <...>к от 25 июня 2019 г. он принят в СПК колхоз "Победа" трактористом (механизатором) с разъездным характером работы. 19 августа 2019 г. он подал заявление об увольнении по собственному желанию, которое подписано председателем СПК колхоз "Победа" Н. с условием отработки 14 дней. При этом председатель дал указание в течение дней отработки отремонтировать трактор, после чего, с его слов, он мог быть свободен. 29 августа 2019 г. ремонт трактора был закончен и, поскольку других заданий истец не получал, 30 и 31 августа он не вышел на работу, так как болела его внучка, он остался с ней дома, о чем предупредил председателя. 2 сентября 2019 г. он был уволен за прогулы, получил приказ об увольнении. Полагает, что при его увольнении был нарушен порядок увольнения, предусмотренный трудовым законодательством. Также ему не выплатили в полном объеме заработную плату за август. Кроме того, в результате незаконного увольнения он остался без средств существования, а указанное основание увольнения пагубно отразилось на его рабочей характеристике, ограничило возможности трудоустройства, так как с такой формулировкой увольнения ему не сразу удалось устроиться на работу, в связи с чем, он испытывал чувство вины перед родственниками, тревогу относительно возможности будущего трудоустройства.
М.А. просил признать незаконным приказ N <...>к от 2 сентября 2019 г. СПК колхоз "Победа" о прекращении с ним трудового договора и увольнении на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации; изменить формулировку и дату увольнения с подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового Кодекса Российской Федерации на увольнение по собственному желанию на основании статьи 80 Трудового Кодекса Российской Федерации с 30 сентября 2019 г.; взыскать с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула за период 2 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. в размере 28 634 рубля 10 копеек. Взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за август 2019 года, с учетом сверхурочно отработанного времени - 16 316 рублей 82 копейки. Взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда, причиненного незаконным увольнением в размере 20 000 рублей.
Решением Татарского районного суда Новосибирской области от 13 декабря 2019 г., с учетом определения об исправлении описки от 11 февраля 2020 г., исковые требования М.А. к СПК колхоз "Победа" удовлетворены частично.
Суд признал приказ N <...>к от 2 сентября 2019 г. СПК колхоз "Победа" о прекращении с М.А. трудового договора и его увольнении на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным; изменил формулировку и дату увольнения М.А. с подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового Кодекса Российской Федерации на увольнение по собственному желанию на основании статьи 80 Трудового Кодекса Российской Федерации с 30 сентября 2019 г.; взыскал с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула за период с 2 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. в размере 19 262,5 рублей, компенсацию морального вреда - 2 000 рублей, расходы на оплату представителя - 5 000 рублей, всего 26 262,5 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований М.А. отказано.
С СПК "Победа" в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 1 070 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 4 июня 2020 г. решение Татарского районного суда Новосибирской области от 13 декабря 2019 г. отменено, принято по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований М.А. к СПК колхоз "Победа" отказано в полном объеме.
В кассационной жалобе, поданной в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, М.А. просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 4 июня 2020 г., оставить в силе решение суда первой инстанции.
Относительно доводов кассационной жалобы письменных возражений не поступало.
В судебное заседание судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явились.
На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.
Согласно части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких нарушений не было допущено судом апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела.
Судом установлено и следует из материалов дела, что М.А. с 25 июня 2019 г. состоял в трудовых отношениях с СПК колхоз "Победа", занимал должность тракториста (механизатора), при этом условиями трудового договора предусмотрено: тарифная ставка в размере 68,11 рублей в час и доплата - 25% районного коэффициента; разъездной характер работы, шестидневная рабочая неделя с одним выходным - воскресенье; время начала работы - 9.00, окончание работы - 17.00, перерыв с 13.00 до 14.00 часов.
Из заявления М.А. от 19 августа 2019 г. усматривается, что он просит уволить его по собственному желанию. Согласно резолюции руководитель не возражал против увольнения с отработкой 14 дней, следовательно, последним рабочим днем для истца являлось 2 сентября 2019 г.
Согласно пояснительной заведующего растениеводством Т.С.В. М.А. допустил прогулы 12 августа 2019 г., 13 августа 2019 г., 14 августа 2019 г., с 15 августа 2019 до 17 августа 2019 г., с 19 августа 2019 г. до 21 августа 2019 г., 24 августа 2019 г., 29 августа 2019 г., 30 августа 2019 г., 31 августа 2019 г.
Согласно докладной заведующего растениеводством Т.С.В. от 31 августа 2019 г. М.А. отсутствовал на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г.
Из акта об отсутствии на рабочем месте усматривается, что 24 и 30 августа 2019 г. истец М.А. отсутствовал на рабочем месте.
Согласно приказу N <...>к от 2 сентября 2019 г. трудовой договор с М.А. прекращен 2 сентября 2019 г. за прогулы на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Из трудовой книжки истца усматривается, что 25 июня 2019 г. он принят в СПК колхоз "Победа" в растениеводство трактористом. Уволен 2 сентября 2019 г. за прогулы по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, 2 октября 2019 г. принят на работу в Татарское ДРСУ.
Разрешая спор и частично удовлетворяя предъявленные М.А. исковые требования, суд первой инстанции со ссылкой на положения Трудового кодекса Российской Федерации пришел к выводу, что факт отсутствия истца на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г. без уважительных причин имел место, в связи с чем у ответчика имелись основания для увольнения истца по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, однако работодателем нарушена процедура применения дисциплинарного взыскания, поскольку увольнение истца произошло одновременно с предложением дать объяснения по поводу совершения указанного дисциплинарного проступка, что является основанием для удовлетворения требования истца о признании приказа N <...>к от 2 сентября 2019 г. СПК колхоз "Победа" о прекращении с М.А. трудового договора и его увольнении на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, изменении формулировки и даты увольнения М.А. с подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового Кодекса РФ на увольнение по собственному желанию на основании статьи 80 Трудового Кодекса Российской Федерации с 30 сентября 2019 г.
Установив факт незаконного увольнения истца, суд первой инстанции, сославшись на часть 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации взыскал с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула за период со 2 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. в размере 19 262,5 рублей (770,5 рублей x 25 дней), а также компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 руб.
Отказывая в удовлетворении исковых требований М.А. в части взыскания задолженности по заработной плате за август 2019 г., суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, исходил из того, что время работы истца не превышало 7 часов в сутки, задолженность по заработной плате за август 2019 г., с учетом сверхурочно отработанного времени, перед истцом отсутствует.
Проверяя законность и обоснованность принятого по делу решения по доводам апелляционной жалобы ответчика, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в части признания незаконным увольнения, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав, что выводы суда в данной части не соответствуют обстоятельствам дела и требованиям трудового законодательства.
Суд апелляционной инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями статей 21, 22, подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81, статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии истца на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г. без уважительных причин, при этом не усмотрел в действиях работодателя нарушения порядка применения к истцу дисциплинарного взыскания, предусмотренного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, указав, что непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что согласно акту от 2 сентября 2019 г. истец отказался от дачи объяснений, почему он отсутствовал на работе 24 и 30 августа 2019 г., данных, свидетельствующих о том, что истец не получал требование работодателя о необходимости предоставить письменное объяснение по факту его отсутствия на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г., либо свидетельствующих об отказе работодателя от принятия от него объяснений по указанному факту, в деле не имеется, напротив, истец данный факт не оспаривал, а лишь ссылался на то, что приказ об увольнении издан работодателем одновременно с предложением ему дать объяснения по поводу совершения дисциплинарного проступка в виде прогула, что, по его мнению, свидетельствует о нарушении работодателем процедуры увольнения.
Суд апелляционной инстанции указал, что истец, отказавшись 2 сентября 2019 г. от дачи объяснения, по своему собственному усмотрению не реализовал свое законное право представить объяснение о причинах своего отсутствия на работе 24 и 30 августа 2019 г. Как следствие, ответчик, после того как истец отказался дать объяснение правомерно издал приказ об увольнении истца в тот же день, 2 сентября 2019 г.
Выводы суда апелляционной инстанции являются правильными, соответствуют требованиям закона, сомнений у суда кассационной инстанции не вызывают.
Согласно подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
В силу пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при разрешении споров лиц, уволенных по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию может быть произведено, в частности, за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации), а также за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока договора либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (статья 79, часть 1 статьи 80, статья 280, часть 1 статьи 292, часть 1 статьи 296 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.
Согласно статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. В случае отказа работника дать указанное объяснение составляется соответствующий акт.
Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
При этом в силу пункта 23 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
В соответствии с пунктом 38 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции, на основании объяснений сторон, показаний допрошенных свидетелей, пришел к соответствующему обстоятельствам дела выводу о том, что факт отсутствия истца на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г. без уважительных причин нашел свое подтверждение. Отсутствие истца на рабочем месте 24 и 30 августа 2019 г. без уважительных причин является грубым нарушением трудовой дисциплины, в связи с чем у работодателя имелись основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Установив, что порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности ответчиком не нарушен, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании увольнения истца по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Доводы кассационной жалобы о том, что работодатель нарушил порядок увольнения, предусмотренный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку, не выдержав двухдневный срок, предоставленный работнику для дачи объяснений, издал приказ об увольнении, являются не состоятельными, как основанные на неправильном толковании норм материального права.
Судом апелляционной инстанции на основании совокупности исследованных доказательств, в том числе пояснений самого истца, установлено, что работодатель 2 сентября 2019 г. истребовал от истца письменное объяснение о причинах отсутствия на работе, от дачи которых последний отказался в этот же день, о чем работодатель составил акт, который истцом не оспорен. Отказываясь от дачи объяснений по поводу отсутствия на рабочем месте, М.А., таким образом, реализовал свое право на их предоставление, поскольку отсутствие письменных объяснения работника не препятствует применению дисциплинарного взыскания согласно части 2 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации. При таком положении у работодателя имелись предусмотренные законом основания для увольнения М.А. до истечения двух дней со дня истребования объяснений.
Выражая несогласие с апелляционным определением, заявитель приводит доводы, которые получили правовую оценку в апелляционном определении, и по существу направлены на неверное толкование закона и переоценку выводов суда апелляционной инстанции, следовательно, не могут повлечь отмену обжалуемого апелляционного определения.
Несогласие подателя кассационной жалобы с выводами суда апелляционной инстанции, иная оценка им фактических обстоятельств, равно как и отличное от суда толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает допущенных судом нарушений норм права, которые могли повлиять на исход дела и являлись бы достаточным основанием для пересмотра обжалуемого судебного акта в кассационном порядке.
Судом апелляционной инстанции не допущено нарушений норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, влекущих отмену или изменение принятого по настоящему делу судебного постановления по тем доводам, которые изложены в кассационной жалобе.
Таким образом, при изложенной совокупности обстоятельств, доводы жалобы нельзя квалифицировать в качестве нарушения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, приведших к судебной ошибке, а потому принятое по делу апелляционное определение отмене в кассационном порядке не подлежит.
Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 4 июня 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу М.А. - без удовлетворения.