АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 18 апреля 2024 г. N Ф06-2822/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года.
Полный текст постановления изготовлен 18 апреля 2024 года.
Арбитражный суд Поволжского округа в составе:
заявителя - Граховой С.В. (доверенность от 21.03.2024),
ответчика - Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 21 по Самарской области - Шаламовой И.И. (доверенность от 12.04.2024 N 188), Блиновой Н.Б. (доверенность от 10.05.2023 N 091),
ответчика - Управления Федеральной налоговой службы по Самарской области - Блиновой Н.Б. (доверенность от 01.09.2023 N 12-10/070@),
третьего лица - Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 23 по Самарской области - Блиновой Н.Б. (доверенность от 03.05.2023 N 04-21/0641@),
в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом,
рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 21 по Самарской области, Управления Федеральной налоговой службы по Самарской области, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 23 по Самарской области на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу N А55-39692/2022 по заявлению общества с ограниченной ответственностью "НПП "Бурение" (ОГРН 1116316003770, ИНН 6316164422, г. Самара) о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 21 по Самарской области (ОГРН 1046300648019, ИНН 6316053225, г. Самара), Управления Федеральной налоговой службы по Самарской области (г. Самара), третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы N 23 по Самарской области, индивидуальный предприниматель Попов И.И. (ОГРНИП 304635009200016, ИНН 637100177715), индивидуальный предприниматель Попова А.И. (ОГРНИП 315631300077904, ИНН 631805793631), индивидуальный предприниматель Попова В.И. (ОГРНИП 318631300054536, ИНН 635007799281), индивидуальный предприниматель Попова А.И. (ОГРНИП 318631300113772, ИНН 631805924066), индивидуальный предприниматель Костыркин А.В. (ОГРНИП 317631300034849, ИНН 634002158860), общество с ограниченной ответственностью "Спецмашстрой" (ОГРН 1166313119455, ИНН 6319209463, с. Парфеновка, с.п. Домашка, Кинельский район, Самарская область),
общество с ограниченной ответственностью "НПП "Бурение" (далее - ООО "НПП "Бурение", заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 21 по Самарской области (далее - Межрайонная ИФНС России N 21 по Самарской области, инспекция, налоговый орган) от 27.06.2022 N 3637 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", с учетом внесенных вышестоящим налоговым органом изменений, в части привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), в виде штрафа в размере 15 277 025 руб., доначисления налога на добавленную стоимость (далее - НДС) в размере 3 367 628 руб., налога на прибыль организаций в размере 158 905 608 руб., начисления пени в сумме 53 051 079 руб. 25 коп.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы N 23 по Самарской области, индивидуальные предприниматели Попова И.И., Попов А.И., Попова В.И., Попова А.И., Костыркин А.В., общество с ограниченной ответственностью "Спецмашстрой".
В части признания недействительным решения Управления Федеральной налоговой службы по Самарской области (далее - УФНС России по Самарской области, Управление) от 18.10.2022 N 03-30/175, решением Арбитражного суда Самарской области от 08.11.2023 по делу N А55-39692/2022 производство по делу прекращено, в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.
Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу N А55-39692/2022 решение Арбитражного суда Самарской области от 08.11.2023 в части отказа ООО "НПП "Бурение" в удовлетворении заявленных требований отменено. Решение Межрайонной ИФНС России N 21 по Самарской области от 27.06.2022 N 3637 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения" (с учетом внесенных вышестоящим налоговым органом изменений) признано недействительным в части привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 15 277 025 руб., доначисления НДС в сумме 3 367 628 руб., налога на прибыль организаций в сумме 158 905 608 руб., а также начисления пени в сумме 53 051 079 руб. 25 коп. В остальной части решение Арбитражного суда Самарской области от 08.11.2023 по делу N А55-39692/2022 оставлено без изменения.
В кассационной жалобе Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы N 21 по Самарской области, Управление Федеральной налоговой службы по Самарской области, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы N 23 по Самарской области просят отменить постановление суда апелляционной инстанции, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.
Третьи лица - индивидуальный предприниматель Попов И.И., индивидуальный предприниматель Попова А.И., индивидуальный предприниматель Попова В.И., индивидуальный предприниматель Попова А.И., индивидуальный предприниматель Костыркин А.В., общество с ограниченной ответственностью "Спецмашстрой" явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещены.
В соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассматривается в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.
Изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, кассационная инстанция не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции.
Как установлено судами и следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка ООО "НПП "Бурение". Предметом указанной проверки явились вопросы правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов, в частности, налога НДС, налога на прибыль организаций и налога на имущество организаций за период с 01.01.2018 по 31.12.2019.
По результатам налоговой проверки оформлен акт выездной налоговой проверки от 20.08.2021 N 4354 и принято решение от 27.06.2022 N 3637.
Данным решением ООО "НПП "Бурение" привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 7990 руб., по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 36 749 660 руб., по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 400 руб., доначислены НДС в сумме 6 521 404 руб., налог на прибыль организаций в сумме 186 038 320 руб., транспортный налог в сумме 79 900 руб., а также пени в сумме 75 023 774 руб. 40 коп.
Решением УФНС России по Самарской области от 08.12.2022 отменено решение Межрайонной ИФНС России N 21 по Самарской области от 27.06.2022 N 3637 в части начисления налога на прибыль организаций в сумме 27 132 712 руб., НДС в сумме 3 153 776 руб., коп.; штраф по пункту 1 статьи 126 НК РФ в сумме 200 руб., штраф по пункту 1 статьи 122 НК РФ в сумме 3995 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ в сумме 21 472 635 руб., и произведен перерасчет соответствующих сумм пени по налогу на прибыль организаций и по НДС.
Основанием для доначисления налогов явились выводы инспекции об искажении ООО "НПП "Бурение" сведений о фактах хозяйственной жизни и наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившихся в том, что заявителем была создана схема "дробления" бизнеса, направленная на получение необоснованной налоговой экономии, путем переноса части доходов на формально созданных подконтрольных лиц - ИП Поповой А.И., ИП Поповой А.И., ИП Поповой В.И., ИП Костыркина А.В., ООО "Спецмашстрой", ИП Попова И.И., применявших упрощенную систему налогообложения (далее - УСН).
ООО "НПП "Бурение" оспорило решение Межрайонной ИФНС России N 21 по Самарской области от 27.06.2022 N 3637 в судебном порядке.
Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, указав, что действия налогоплательщика были направлены на завышение расходов при исчислении налога на прибыль организации и завышение вычетов по НДС. Суд первой инстанции признал правомерными выводы о создании налогоплательщиком схемы "дробления бизнеса" с целью минимизации налоговых обязательств.
Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к иным выводам, при этом руководствовался следующим.
Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 4 Постановления от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснил, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.
При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.
В пункте 9 Постановления N 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.
Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.
Дробление бизнеса рассматривается как способ получения необоснованной налоговой выгоды, если производится исключительно для уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности.
В силу пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности достоверны.
Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.
Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 N 1440-О отметил, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (Постановление от 03.06.2014 N 17-П, Определение от 07.06.2011 N 805-О-О и др.).
В Постановлении от 16.07.2004 N 14-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в силу конституционного требования о необходимости уплаты только законно установленных налогов и сборов во взаимосвязи с предписаниями статей 15 и 18 Конституции Российской Федерации механизм налогообложения должен не только обеспечивать полноту и своевременность взимания налогов и сборов с обязанных лиц, но и одновременно - надлежащий правовой характер деятельности уполномоченных органов и должностных лиц, связанной с изъятием средств налогообложения.
Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления N 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.
Положения статьи 54.1 НК РФ направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.
Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.
Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.
Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных налоговым законодательством ограничений в применении специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.
На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным Налоговым кодексом Российской Федерации.
При этом выявление необоснованной налоговой выгоды не предполагает определения налоговой обязанности в относительно более высоком размере, что по сути означало бы применение санкции, а может служить основанием для доначисления суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, то есть в таком случае необходимо проведение налоговой реконструкции (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981, от 05.04.2018 N 305-КГ17-20231, от 06.03.2018 N 304-КГ17-8961, от 30.09.2019 N 307-ЭС19-8085, от 28.10.2019 N 305-ЭС19-9789 и др.).
Суд апелляционной инстанции исследовал установленные по делу обстоятельства в их совокупности и пришел к выводу о недоказанности налоговым органом факта создания заявителем схемы разделения бизнеса при отсутствии деловой цели, а также признал, что каждое из вышеуказанных лиц вело самостоятельную деятельность.
В качестве оснований для принятия оспариваемого решения налоговый орган приводил доводы о взаимозависимости ООО "НПП "Бурение", ИП Поповой А.И., ИП Поповой Ар. И., ИП Поповой В.И., ИП Костыркина А.В., ООО "Спецмашстрой", ИП Попова И.И.
При исследовании данных доводов налогового органа суд апелляции отметил, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для признания их единым субъектом финансово-хозяйственной деятельности.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в п. 3.3 Определения от 04.12.2003 N 441-О, правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 04.03.2008 N 13797/07, вменяя последствия взаимозависимости налоговый орган должен доказать, что такая заинтересованность повлияла на условия или экономические результаты сделок и деятельности участников.
Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.
Таким образом, взаимозависимость участников хозяйственной деятельности сама по себе не может приравниваться к недобросовестности лиц при недоказанности противоправности их поведения (в том числе, в целях налогообложения), не является отклонением от обычных условий хозяйствования, не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе экономической деятельности.
Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками сделки в целях осуществления согласованных действий, направленных на незаконное занижение налоговой базы.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 04.06.2007 N 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.
По смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.
Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении от 26.02.2008 N 11542/07, участие в сделках лиц, признанных судами взаимозависимыми, не свидетельствует об экономической неоправданности расходов общества и наличии у него необоснованной налоговой выгоды, поскольку каждый налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность, исходя из поставленных целей.
Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что проявлением недобросовестности в виде искусственного дробления бизнеса может являться создание или выделение нового юридического лица исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности, что налоговым органом не было доказано.
Бремя доказывания того, что имело место намеренное снижение налогоплательщиком своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика, лежит на налоговом органе. При этом необходимо проанализировать историю создания рассматриваемой группы организаций, наличие экономических целей их учреждения и взаимодействия, проверить факт осуществления ими реальной предпринимательской деятельности, установить их показатели в проверяемом периоде, а также иные обстоятельства.
Апелляционный суд указал, что в рассматриваемом случае не проведен анализ показателей вышеназванных субъектов предпринимательской деятельности, что не позволяет прийти к однозначному выводу о создании заявителем единого субъекта финансово-хозяйственной деятельности.
Судом второй инстанции отмечено, что в 2018 году доля поступлений ИП Попову И.И. от ООО "НПП "Бурение" составила 66% от общих поступлений, в 2019 году - 35,8%, доля поступлений ИП Поповой А.И. от ООО "НПП "Бурение" - за транспортные услуги, услуги спецтехники за 2018 год составляла 89% от общих поступлений, а в 2019 году доля поступлений от ООО "НПП "Бурение" снизилась до 32%. В результате налоговой проверки установлено получение ИП Поповым И.И. дополнительных доходов от сдачи в аренду земельных участков, находящихся в его собственности, получение ИП Поповой А.И. доходов от АО "Самаранефтегаз" за аренду земельного участка, что исключает вывод об отсутствии самостоятельности и обособленности деятельности данных предпринимателей.
Проверяя иные доводы инспекции, положенные в основание для принятия оспариваемого решения: о регистрации организаций по одному адресу, осуществлении руководства аффилированными лицами, ведении централизованного бухгалтерского, налогового, кадрового учета, переводе работников, наличии единого телефонного номера у супругов - Попова И.И. и Поповой А.И. апелляционный суд указал, что данные факты не свидетельствуют об отсутствии самостоятельной хозяйственной деятельности.
Президиум ВАС РФ в Постановлении от 09.04.2013 N 15570/12 отметил, что само по себе учреждение налогоплательщиком нового хозяйствующего субъекта не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды. Так, если налогоплательщик и вновь учрежденное лицо осуществляют самостоятельные виды деятельности, которые не являются частью производственного процесса, направленного на достижение общего экономического результата, основания для признания налоговой выгоды необоснованной отсутствуют.
Судом апелляционной инстанции установлено, что фактически заявителем, ООО "Спецмашстрой" и вышеназванными предпринимателями в проверяемом налоговый период осуществлялась различная деятельность и они (каждый) получали доход от избранного при их создании профильного самостоятельного вида деятельности.
Анализ платежей всех указанных организаций и предпринимателей свидетельствует о несении хозяйствующими субъектами расходов на приобретение товаров (работ, услуг), необходимых для ведения отраженной в ЕГРЮЛ экономической деятельности, оплаты аренды помещений, выплаты заработной платы работникам, т.е. наличии расходов, связанных с обычной хозяйственной деятельностью; денежные средства от реализации услуг зачислялись на счета соответствующих предпринимателей.
По результатам анализа движения денежных средств, поступивших на счета вышеназванных предпринимателей, не было установлено фактов возврата денежных средств обществу в виде каких-либо займов или иных безвозмездных сделок.
Расходование ИП Поповой А.И. денежных средств на приобретение земельных участков сельскохозяйственного назначения апелляционный суд признал законным правом, такое использование полученного дохода не свидетельствует о разделении бизнеса.
Также суд апелляционной инстанции отклонил, как не свидетельствующие о разделении бизнеса, доводы инспекции о финансовых взаимоотношениях предпринимателей между собой и юридическими лицами - ООО "Парфеновское", ООО "Тверское" и ООО "Химбурсервис".
Судом второй инстанции отмечено, что в штате ИП Попова И.И. состояло 81 чел., в 2019 году - 115 чел.; в штате ИП Поповой А.И. состояло в 2018 году - 154 чел., в 2019 году - 99 чел.; в штате ООО "Спецмашстрой" - 4 чел.; В штате ООО "Парфеновское" и ООО "Тверское" в проверяемый налоговый период находились 100 чел. и 93 чел. соответственно. Материалы дела не содержат надлежащих доказательств несения самим заявителем расходов по выплате заработной платы кадровому персоналу спорных контрагентов, а также уплаты налогов и иных обязательных платежей.
В проверяемый период в собственности ИП Попова И.И. имелось недвижимое имущество (квартиры, жилые дома, иные строения и помещения), земельные участки в Самарской области в количестве 117 единиц, а также в период проверки у ИП Попова И.И. находилось в собственности многочисленное движимое имущество - 49 единиц транспорта и техники.
В проверяемый период в собственности ИП Поповой А.И. также имелось движимое имущество - 28 единиц транспортных средств и техники, что указывает на реальность заключенных с ООО "НПП "Бурение" соответствующих гражданско-правовых договоров аренды.
Установленные расходы ИП Поповой А.И. на техобслуживание автомобилей в ООО "Прац КАМАЗ" и уплаты лизинговых платежей в пользу ООО "Практика ЛК" указывают на ведение в проверяемый налоговый период самостоятельной и обособленной финансово-хозяйственной деятельности ИП Поповой А.И.
Суд апелляционной инстанции признал бездоказательными предположения налогового органа об обстоятельствах приобретения заявителем ГСМ, запасных частей, материальных ценностей для сложного оборудования нефтегазовой промышленности в пользу ИП Поповой А.И.
В собственности ООО "Спецмашстрой" в проверяемый налоговый период была зарегистрирована 41 единица транспорта и техники.
Между ООО "Практика ЛК" (лизингодатель) и ООО "Спецмашстрой" (лизингополучатель) были заключены договоры "Финансовой аренды (лизинга)" от 17.11.2017 N 204/16-СМР, от 23.11.2016 N 205/16-СМР, от 28.03.2017 N 106/17-СМР, от 28.03.2017 N 105/17-СМР, от 28.03.2017 N 104/17-СМР, и были фактически приобретены транспортные средства АПР 60/80 в количестве 2 единиц по цене 16 227 тыс. руб. и 3 единицы по цене 17 238 тыс. руб.
При этом по указанным договорам финансовой аренды (лизинга) денежные средства были уплачены в полном объеме, что не оспаривалось налоговым органом.
Обстоятельства заключения договоров финансовой аренды (лизинга), их последующая оплата за счет собственных средств суд апелляции признал свидетельствующими о финансовой самостоятельности общества и обособленности хозяйственной деятельности ООО "Спецмашстрой".
Также судом апелляционной инстанции проанализированы показатели штатной численности работников-совместителей заявителя и его контрагентов (административно-управленческий персонал, непосредственные исполнители услуг и т.п.). В результате установлено, что в 2018 году отсутствует массовое пересечение работников предпринимателей, ООО "Спецмашстрой", ООО "Химбурсервис", ООО "Тверское", ООО "Парфеновское", ООО "БКС-Технология".
Отмечено, что работа по совместительству всего лишь четырех работников не свидетельствует об отсутствии самостоятельности субъектов предпринимательской деятельности. Формальное перераспределение персонала между участниками, вменяемое налоговым органом, судом второй инстанции не установлено.
Также принято во внимание, что общество и вышеназванные предприниматели имели уникальных контрагентов: поставщики ООО "Компания Авторитет", ИП Дерябин, ООО "Праксис", ПАО "МРСК Волги", ИП Беридзе имели хозяйственные отношения только с ООО "НПП "Бурение". ООО "Автомонтаж", ИП Анасимов, ЗАО "ПензаСпецАвтомаш", АО "Инман", ИП Рзянин, ООО "Аудит ПБ", ООО "Мадара Автоцентр"; работали только с ИП Поповым И.И. ООО "ТМК", ООО "СДМ", ИП Жаворонкова Д.В. имели взаимоотношения только с ИП Поповой А.И. Каждый из участников "схемы" дробления в проверяемом периоде имел устойчивые хозяйственные связи приобретения товаров, результатов выполненных работ (оказанных услуг) по конкретным гражданско-правовым договорам, что свидетельствует о ведении ими самостоятельной реальной финансово-хозяйственной деятельности.
Апелляционный суд принял во внимание юридически значимые обстоятельства хозяйственной деятельности ООО "НПП "Бурение", установленные при рассмотрении Арбитражным судом Самарской области дела N А55-15896/2022. При рассмотрении данного дела были установлены факты реального оказания транспортных услуг для ООО "НПП "Бурение" предпринимателями Поповым И.И. и Поповой А.И., что опровергает доводы налогового органа, приводимые в настоящем деле, о формальности статуса индивидуального предпринимателя данных лиц.
Доводы инспекции о наличии у ООО "НПП "Бурение" кредиторской задолженности перед предпринимателями рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаны необоснованными. Указано, что выигрыш времени по уплате налоговых платежей в бюджет, которым, по мнению инспекции обусловлены действия заявителя и его контрагентов, не влияет на установление размера налогооблагаемой базы, и не предусмотрен в качестве обстоятельств, свидетельствующих о получении необоснованной налоговой экономии.
Доводы налогового органа об отсутствии целесообразности аренды заявителем буровых установок у контрагентов основывается только на цене договоров, при этом не приняты во внимание условия самих договоров аренды, экономической модели ведения бизнеса аренды буровых установок на предмет соответствия рассматриваемых гражданско-правовых договоров аналогичным в данной отрасли. Вопрос соответствия цены соответствующего гражданско-правового договора аренды буровых установок сложившимся средним рыночным ценам не исследовался.
Апелляционным судом отмечено, что подп. 1.1 п. 1 договоров аренды буровой установки, заключенных между ООО "НПП "Бурение" и ИП Поповой В.И., между ООО "НПП "Бурение" и ИП Костыркиным А.В. предусмотрено, что буровые установки передаются арендаторам в комплекте с дополнительным оборудованием, состоящим из 40 позиций. Однако обстоятельства условий передачи в аренду дополнительного оборудования, как совместно с буровой установкой, так и по отдельности налоговым органом не устанавливались.
Подпунктами 3.1.3, 3.1.5 подп. 3.1 п. 3 договоров аренды буровой установки (продукции), заключенных между ООО "НПП "Бурение" и ИП Поповой Ар.И., а также между ООО "НПП "Бурение" и ООО "Спецмашстрой" установлено, что арендодатель обязуется производить ремонт передаваемой в аренду продукции собственными силами и запасными частями. Таким образом в арендную плату включается, в том числе значительная затратная часть арендодателя по производству необходимого ремонта переданной в аренду буровой установки.
Обстоятельства периодичности обслуживания буровой установки, стоимости запасных частей, а также частоты ремонта буровой установки, исследование рыночных цен на аренду такого движимого имущества налоговым органом в рамках выездной налоговой проверки не устанавливались.
Судом апелляционной инстанции отмечено, что буровые установки эксплуатируются по их прямому назначению по соответствующим условиям договоров аренды буровых установок и при этом фактическая эксплуатация обществом буровых установок налоговым органом не поставлена под сомнение.
Неустановление налоговым органом обстоятельств заключения и исполнения договоров аренды буровых установок не позволяет прийти к однозначному выводу об отсутствии фактических расходов по аренде указанного движимого имущества ООО "НПП "Бурение и о завышении стоимости их аренды, а также к выводу о нецелесообразности совершения таких сделок.
Налоговый орган не устанавливал и не приводил экономически обоснованных расчетов с целью установления самого факта завышения указанных выше цен.
Доводы инспекции о совпадении IP-адресов, наличии расчетных счетов в одном банке, использовании одного телефонного номера, адреса электронной почты признаны несостоятельными. Судом второй инстанции указано, что данные обстоятельства не свидетельствуют о подконтрольности, согласованности действий заявителя и его контрагентов в целях получения необоснованной налоговой выгоды; наличие данных обстоятельств имеет разумное объяснение - осуществление руководителем общества Поповым И.И. наряду с деятельностью в качестве директора самостоятельной хозяйственной деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.
Учитывая вышеизложенное, суд апелляции пришел к выводу о том, что налоговым органом не представлены доказательства о создании ООО "НПП "Бурение" схемы по наращиванию своих расходов, занижении доходов путем их распределения на взаимозависимых лиц. Также не представлено доказательств того, что руководитель ООО "НПП "Бурение" принимал решения о государственной регистрации (создании) предпринимателей, ООО "Спецмашстрой", а также руководил их финансово-хозяйственной деятельностью, распоряжался принадлежащими им материальными и трудовыми ресурсами
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что все контрагенты, включенные налоговым органом в состав участников "схемы дробления бизнеса" общества, с момента их государственной регистрации в качестве самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности фактически осуществляли самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность, вели раздельный бухгалтерский учет, имели отдельный баланс, собственный персонал сотрудников (работников), отдельные действующие расчетные счета в банках (кредитных учреждениях) и по результатам предпринимательской деятельности самостоятельно уплачивали налоги и сборы. С учетом непредставления доказательств ведения обществом и его контрагентами общего учета доходов и расходов с последующим перераспределением выручки в целях уменьшения налоговых обязательств суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности налоговым органом факта создания заявителем схемы разделения бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды.
Судебная коллегия кассационной инстанции находит выводы суда апелляционной инстанции верными, основанными на объективном исследовании представленных в материалы дела доказательств. Апелляционный суд обоснованно отметил, что приведенные в оспариваемом решении налогового органа сведения о предпринимательской деятельности заявителя и его контрагентов свидетельствуют об определенном построении хозяйственных отношений между субъектами, однако не раскрывают того, каким образом налогоплательщиком достигнута налоговая экономия. При таких обстоятельствах суд второй инстанции пришел к выводу о недоказанности создания схемы разделения бизнеса и получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, в этой связи признал решение инспекции о доначисления налогов недействительным.
Оценка представленных сторонами доказательств произведена судом апелляционной инстанций с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, основана на правильном применении норм материального права, а сделанные им выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам и сделаны с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении N 53.
Доводы кассационной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом апелляционной инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении норм материального и процессуального права.
Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено.
Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа
постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу N А55-39692/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.