КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2214-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА ИНДРЕЕВА АЗАМАТА ЛЕОНИДОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ РЯДОМ НОРМ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ 8 СТАТЬИ 51, ЧАСТЯМИ 5, 8 И 9 СТАТЬИ 52, ПУНКТОМ 9 ЧАСТИ 3 СТАТЬИ 82 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СЛУЖБЕ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ОТДЕЛЬНЫЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.Л. Индреева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин А.Л. Индреев в своей жалобе, подписанной его представителем - адвокатом А.Ф. Марченко, оспаривает конституционность следующих норм Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации":
части 8 статьи 51, устанавливающей, что до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме; в случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт; перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 52 названного Федерального закона может быть проведена служебная проверка;
частей 5, 8, 9 статьи 52, согласно которым результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три дня со дня завершения проверки; указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения; заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки; порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел;
пункта 9 части 3 статьи 82, в силу которого контракт о службе в органах внутренних дел подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.
Заявитель также считает не соответствующими Конституции Российской Федерации статью 67 "Оценка доказательств", часть первую статьи 72 "Возвращение письменных доказательств", статью 157 "Непосредственность и устность судебного разбирательства", часть вторую статьи 195 "Законность и обоснованность решения суда" и пункт 10 части второй статьи 229 "Содержание протокола" ГПК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, в 2022 году А.Л. Индреев был уволен со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.
Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, А.Л. Индрееву отказано в удовлетворении исковых требований к органу внутренних дел о признании незаконными пункта 2 заключения служебной проверки и приказа об увольнении со службы в органах внутренних дел, восстановлении на службе.
По мнению заявителя, пункт 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ не соответствует статьям 19 (части 1 и 2), 46 (части 1 и 2) и 52 - 54 Конституции Российской Федерации, поскольку - несмотря на то, что проведение правоохранительными органами соответствующей проверки повлекло вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях сотрудника органов внутренних дел, уволенного за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, состава преступления, - допускает отказ в восстановлении на службе такого гражданина без достаточных доказательств того, что поводом к его увольнению явилось поведение, не связанное с уголовным преследованием. Кроме того, данная норма позволяет суду подменять методы судебного контроля результатами служебной проверки.
Иные оспариваемые положения Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ, как полагает А.Л. Индреев, противоречат названным нормам Конституции Российской Федерации, поскольку допускают произвольное применение норм о порядке проведения служебной проверки и позволяют принять решение об увольнении гражданина из органов внутренних дел до утверждения заключения по результатам проведения служебной проверки.
Что касается названных норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то они, как считает А.Л. Индреев, дают судам возможность дифференцированно подходить к применению принципов непосредственности и устности судебного разбирательства, подтверждая имеющие значение для дела факты доказательствами, отсутствующими в материалах дела, произвольно включая в протокол судебного заседания сведения об исследовании одних доказательств, игнорируя при этом другие, положенные в основу судебного акта, в связи с чем вступают в противоречие со статьями 19 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3), 118 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно отмечал, что служба в органах внутренних дел представляет собой вид федеральной государственной службы - профессиональную служебную деятельность осуществляющих ее сотрудников по защите жизни, здоровья, прав и свобод граждан, охране общественного порядка и безопасности, собственности, а также противодействию преступности.
Эта деятельность осуществляется в публичных интересах, а лица, которые проходят службу в органах внутренних дел, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их специальный правовой статус (совокупность прав и свобод, гарантируемых государством, а также обязанностей и ответственности), содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанности по отношению к государству (постановления от 26 декабря 2002 года N 17-П, от 23 апреля 2004 года N 9-П, от 15 июля 2009 года N 13-П, от 21 марта 2014 года N 7-П, от 12 октября 2023 года N 47-П и др.).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, федеральный законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, связанные с задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановления от 6 июня 1995 года N 7-П, от 18 марта 2004 года N 6-П, от 21 марта 2014 года N 7-П и от 8 ноября 2023 года N 51-П).
Расторжение контракта с сотрудником органов внутренних дел и его увольнение со службы в органах внутренних дел на основании пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" обусловлено повышенными репутационными требованиями к указанным сотрудникам как носителям публичной власти, возложенной на них обязанностью по применению в необходимых случаях мер государственного принуждения и ответственностью, с которой связано осуществление ими своих полномочий (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2014 года N 1486-О).
В системе действующего правового регулирования данные репутационные требования содержатся в Кодексе этики и служебного поведения сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации (утвержден приказом МВД России от 26 июня 2020 года N 460) и представляют собой совокупность основывающихся на принятых в российском обществе нравственных принципах и ценностях, лучших профессиональных традициях органов внутренних дел Российской Федерации этических норм, правил и требований к служебному поведению сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время, применяемых наряду с нормативными предписаниями, определяющими государственно-правовой статус сотрудника органов внутренних дел, ограничения, требования к нему, обязанности и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел Российской Федерации (пункты 2 и 3).
Законодательное установление обязательности увольнения со службы сотрудника органов внутренних дел, более не отвечающего названным правилам и требованиям, предопределено необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 года N 1545-О, от 3 июля 2014 года N 1486-О и др.).
Вместе с тем нельзя не учитывать, что проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, имея сложную правовую природу, может характеризоваться не только нарушением нравственных принципов и норм, но и наличием признаков неправомерных деяний, ответственность за которые наступает в соответствии с нормами различных отраслей права. Обстоятельства (данные), позволяющие усмотреть в действиях (бездействии) сотрудника органа внутренних дел признаки проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, одновременно могут указывать на признаки иного противоправного деяния, в том числе административного правонарушения или преступления. При этом в поведении сотрудника органов внутренних дел даже в случае отсутствия оснований для его оценки в качестве криминального могут быть усмотрены признаки, характеризующие такое поведение как дискредитирующее честь сотрудника органов внутренних дел (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2023 года N 51-П; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 мая 2024 года N 1125-О).
Следовательно, пункт 9 части 3 статьи 82 Федерального от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ не нарушает конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте.
2.2. В силу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод нормативным актом и такая жалоба признается допустимой, если имеются признаки нарушения его прав и свобод в результате применения оспариваемого нормативного акта в конкретном деле с участием заявителя.
Между тем приложенными к жалобе А.Л. Индреева судебными постановлениями не подтверждается, что часть 8 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ была применена в его деле. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, само по себе упоминание в судебных постановлениях тех или иных норм не может расцениваться в качестве их применения в конкретном деле (определения от 29 октября 2020 года N 2490-О, от 24 декабря 2020 года N 2968-О, от 25 апреля 2024 года N 923-О и др.).
Следовательно, данная жалоба в этой части не может быть признана допустимой.
Вместе с тем указанная норма, закрепляя порядок получения объяснений от лиц, проходящих службу в органах внутренних дел и привлекаемых к дисциплинарной ответственности, а также устанавливающая возможность проведения в таких случаях служебной проверки, направлена на обеспечение условий для установления обстоятельств совершения проступка, а потому не может расцениваться как нарушающая права сотрудников органов внутренних дел.
Указанный вывод справедлив и в отношении оспариваемых А.Л. Индреевым положений частей 5, 8 и 9 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ. Названные законоположения закрепляют процедуру формализации результатов служебной проверки, а также относят к компетенции федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел установление порядка ее проведения, предусматривая таким образом лишь соответствующее полномочие названного органа государственной власти. При этом оспариваемые нормы прав граждан непосредственно не затрагивают и носят организационный характер.
2.3. Что касается оспариваемых заявителем статьи 67, части первой статьи 72, статьи 157, части второй статьи 195 и пункта 10 части второй статьи 229 ГПК Российской Федерации, которые не предполагают возможности их произвольного применения судом, в том числе в части исследования и оценки им доказательств, а также изложения протокола судебного заседания, то доводы, приведенные А.Л. Индреевым в отношении данных норм, свидетельствуют о том, что нарушение конституционных прав он связывает не с их содержанием, а с процессуальными нарушениями, допущенными, как он полагает, судом при рассмотрении дела с его участием. Разрешение же данного вопроса, как и вопроса о наличии оснований для увольнения А.Л. Индреева со службы в органах внутренних дел, а также оценка соблюдения законодательства в процессе прекращения с ним служебных отношений связаны с установлением и исследованием фактических обстоятельств и не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Индреева Азамата Леонидовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. ЗОРЬКИН