ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 декабря 2008 г. N 49-Д08-107
(извлечение)
По приговору Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 21 июля 2006 г. М. осужден к лишению свободы по п. "г" ч. 2 ст. 112 УК РФ, по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
М. признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью С. совершенном по предварительному сговору группой лиц, а также в разбойном нападении на Н., с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.
Дело было рассмотрено в кассационном порядке, а также в порядке надзора, и в приговор были внесены изменения, не касающиеся квалификации содеянного.
В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора РФ просил отменить все состоявшиеся судебные решения и дело направить на новое судебное разбирательство в связи с нарушением требований уголовно-процессуального закона, выразившимся в использовании недопустимого доказательства.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 декабря 2008 г. удовлетворила надзорное представление по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми. Они не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.
Как видно из дела, в ходе предварительного расследования следователем вынесено постановление о проведении судебно-медицинской экспертизы потерпевшему Н.
Руководитель экспертного учреждения после получения постановления поручает производство экспертизы конкретному эксперту из числа работников данного учреждения (ч. 2 ст. 199 УПК РФ). При этом руководитель экспертного учреждения разъясняет эксперту его права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ.
Согласно заключению эксперта производство судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Н. было поручено судебно-медицинскому эксперту И., которому разъяснены права и обязанности, в том числе в соответствии с требованиями ст. 307 УК РФ он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Между тем экспертное исследование в отношении Н. проведено экспертом Г., который дал соответствующее заключение, но ему не были разъяснены права, обязанности и ответственность эксперта за дачу заведомо ложного заключения.
Данное заключение получено с нарушением требований уголовно-процессуальных норм и является недопустимым доказательством, поэтому выводы эксперта не могли быть положены в основу приговора.
Как указано в п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, нарушение судом уголовно-процессуального закона является основанием для отмены приговора.
Эти нарушения закона могли повлиять на принятие правильного решения по делу, но не были устранены при рассмотрении дела в кассационном порядке и в порядке надзора, поэтому все состоявшиеся судебные решения отменены, а дело направлено на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства для устранения нарушений уголовно-процессуального закона.
В связи с отменой судебных решений и принимая во внимание, что М. обвиняется в совершении, в том числе особо тяжкого преступления, может скрыться от суда и воспрепятствовать таким образом производству по уголовному делу в суде первой инстанции в разумные сроки, Судебная коллегия, руководствуясь требованиями ст. ст. 97, 108 и 255 УПК РФ, избрала в отношении М. меру пресечения в виде заключения под стражу.