КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 июня 2015 г. N 1384-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ШЕЛЬФ-2000" НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД РЯДОМ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ИСПОЛНИТЕЛЬНОМ ПРОИЗВОДСТВЕ" И АРБИТРАЖНОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы ООО "Шельф-2000" к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Решением Арбитражного суда Липецкой области от 3 марта 2014 года, оставленным без изменения арбитражными судами апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении заявления ООО "Шельф-2000" о признании недействительным постановления судебного пристава-исполнителя о смене ответственного хранителя и места хранения арестованной сельскохозяйственной продукции и об обязании судебного пристава-исполнителя устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем назначения ответственным хранителем гражданина У.
Решением Арбитражного суда Липецкой области от 19 марта 2014 года, оставленным без изменения арбитражными судами апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении искового заявления к государственному научному учреждению об изъятии и передаче сельскохозяйственной продукции, предъявленного ООО "Шельф-2000" – покупателем по договору контрактации, в соответствии с дополнительным соглашением к которому, в частности, покупатель принял на себя обязанность передать в счет задатка сельскохозяйственную продукцию, и встречного искового заявления о признании дополнительного соглашения недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки. Как указано в постановлении суда кассационной инстанции, суды обоснованно отказали в удовлетворении требований о понуждении ответчика к исполнению обязательства в натуре, поскольку ООО "Шельф-2000" оплатило денежными средствами лишь часть аванса, а суд апелляционной инстанции правомерно указал, что задатком может признаваться только денежная сумма.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации ООО "Шельф-2000" оспаривает конституционность пункта 1 статьи 380 "Понятие задатка. Форма соглашения о задатке", пункта 2 статьи 381 "Последствия прекращения и неисполнения обязательства, обеспеченного задатком" ГК Российской Федерации, части 1 статьи 24 "Извещения и вызовы в исполнительном производстве", части 5 статьи 86 "Передача под охрану или на хранение арестованного имущества должника" Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", части 4 статьи 200 "Судебное разбирательство по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц" и части 2, пункта 3 части 4 и пункта 3 части 5 статьи 201 "Решение арбитражного суда по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц" АПК Российской Федерации.
По мнению заявителя, следующие нормы противоречат статьям 45 и 46 Конституции Российской Федерации: часть 1 статьи 24 Федерального закона "Об исполнительном производстве" – поскольку позволяет не извещать лицо, участвующее в исполнительном производстве, о совершении исполнительных действий или применении мер принудительного характера в случае извещения его представителя; часть 5 статьи 86 указанного Федерального закона – поскольку позволяет судебному приставу-исполнителю производить смену хранителя арестованного имущества, хотя необходимость этого отсутствует, а такая смена происходит по основаниям, имевшим место до назначения первоначального хранителя этого имущества; часть 4 статьи 200 и часть 2 статьи 201 АПК Российской Федерации – поскольку они препятствуют удовлетворению заявления об оспаривании ненормативного правового акта, решения и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц в случае нарушения прав и законных интересов заявителя на момент принятия оспариваемых ненормативного правового акта, решения, совершения действий (бездействия), а не на момент вынесения судебного акта по указанному заявлению, и исключают возможность судебной защиты неимущественных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК Российской Федерации – поскольку они позволяют судам признавать ненормативные правовые акты, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными, не указывая на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.
Заявитель также полагает, что пункт 1 статьи 380 ГК Российской Федерации противоречит статьям 8 (часть 1) и 34 Конституции Российской Федерации, поскольку не допускает обеспечения исполнения обязательств товарным задатком, т.е. посредством передачи имущества, не ограниченного в обороте, а пункт 2 статьи 381 того же Кодекса – статье 35 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет не засчитывать внесенную денежную сумму или переданное имущество в счет исполнения договорного обязательства.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод, неотъемлемой частью которого является исполнение вступившего в законную силу судебного постановления, непосредственно не устанавливает какой-либо определенный порядок реализации данного права и не предполагает возможность для гражданина по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебного оспаривания и исполнения судебного постановления.
Часть 1 статьи 24 Федерального закона "Об исполнительном производстве", вопреки содержащемуся в жалобе утверждению, прямо предусматривает необходимость извещения о времени и месте совершения исполнительных действий или применения мер принудительного исполнения либо о вызове к судебному приставу-исполнителю указанными в ней способами лиц, участвующих в исполнительном производстве, к которым относятся также стороны исполнительного производства – взыскатель и должник (статья 48 указанного Федерального закона).
В соответствии с частью 5 статьи 86 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при необходимости смены хранителя судебный пристав-исполнитель выносит постановление; передача имущества новому хранителю осуществляется по акту приема-передачи имущества. В таком постановлении должны быть указаны, в частности, основания принимаемого решения со ссылкой на федеральные законы и иные нормативные правовые акты (пункт 6 части 2 статьи 14 названного Федерального закона). Таким образом, вопреки утверждению заявителя, смена хранителя арестованного имущества производится судебным приставом-исполнителем не произвольно, а при наличии необходимости с вынесением мотивированного постановления. Гарантией соблюдения прав сторон исполнительного производства при смене хранителя арестованного имущества выступает право на оспаривание соответствующего постановления судебного пристава-исполнителя в суд.
Положения главы 24 АПК Российской Федерации, в частности ее статьи 200 и 201, предоставляют гражданам, организациям, иным лицам право оспорить в арбитражном суде ненормативные правовые акты, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности; предусматривают обязанность арбитражного суда при рассмотрении этой категории дел установить, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; принять решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными в случае, если они не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в котором должно содержаться указание на обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок.
Указанные нормы направлены на реализацию закрепленного статьей 46 (часть 2) Конституции Российской Федерации права каждого на судебное обжалование решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.
Таким образом, данные законоположения не могут рассматриваться как нарушающие перечисленные в жалобе конституционные права и свободы заявителя в обозначенном им аспекте.
Пункт 2 статьи 381 ГК Российской Федерации, обеспечивая реализацию принципа надлежащего исполнения гражданско-правовых обязательств, направлен на защиту прав участников обязательственных правоотношений (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 759-О), равно как и пункт 1 статьи 380 того же Кодекса, закрепляющий понятие задатка, а потому эти законоположения – с учетом статьи 329 ГК Российской Федерации, содержащей открытый перечень способов обеспечения исполнения обязательств, и положений статьи 421 того же Кодекса о свободе договора – также не могут расцениваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителя, указанные в жалобе.
Проверка же правильности применения правовых норм с учетом фактических обстоятельств конкретного дела не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Шельф-2000", поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. ЗОРЬКИН