КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 сентября 2015 г. N 2159-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ ТАРАСОВОЙ ГАЛИНЫ ВИКТОРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 193 ТРУДОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПУНКТОМ 6 СТАТЬИ 41.7 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ПРОКУРАТУРЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ", ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ СТАТЬИ 61 ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПОЛОЖЕНИЕМ ПОДПУНКТА "А" ПУНКТА 21 УКАЗА ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О МЕРАХ ПО РЕАЛИЗАЦИИ ОТДЕЛЬНЫХ ПОЛОЖЕНИЙ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ПРОТИВОДЕЙСТВИИ КОРРУПЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Г.В.Тарасовой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Г.В.Тарасова, уволенная из органов прокуратуры Российской Федерации, оспаривает конституционность следующих законоположений:
части третьей статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, закрепляющей, что дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников;
пункта 6 статьи 41.7 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", в соответствии с которым дисциплинарное взыскание налагается непосредственно после обнаружения проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая времени болезни работника или пребывания его в отпуске;
части второй статьи 61 ГПК Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица;
положения подпункта "а" пункта 21 Указа Президента Российской Федерации от 2 апреля 2013 года N 309 "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О противодействии коррупции", устанавливающего, что к лицу, замещающему должность в государственном органе, Центральном банке Российской Федерации, Пенсионном фонде Российской Федерации, Фонде социального страхования Российской Федерации, Федеральном фонде обязательного медицинского страхования, в государственной корпорации (компании), иной организации, созданных на основании федеральных законов, организации, создаваемой для выполнения задач, поставленных перед федеральным государственным органом, сообщившему в правоохранительные или иные государственные органы или средства массовой информации о ставших ему известными фактах коррупции, меры дисциплинарной ответственности применяются (в случае совершения этим лицом в течение года после указанного сообщения дисциплинарного проступка) только по итогам рассмотрения соответствующего вопроса на заседании комиссии по соблюдению требований к служебному поведению и урегулированию конфликта интересов.
Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, Г.В.Тарасовой было отказано в удовлетворении исковых требований к Генеральной прокуратуре Российской Федерации о признании приказа об увольнении с занимаемой должности незаконным, обязании восстановить в должности, признании незаконным невозможности ознакомления с аудиозаписями, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
По мнению заявительницы, оспариваемые ею нормативные положения в силу своей неопределенности противоречат статьям 19 (часть 1) и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они позволяют при рассмотрении судом дела, в котором участвуют те же лица, не учитывать те обстоятельства, которые по ранее рассмотренному делу не являлись предметом судебного разбирательства; исчислять установленный для наложения дисциплинарного взыскания на прокурорского работника месячный срок со дня обнаружения проступка без учета времени проведения служебной проверки и считать днем обнаружения проступка дату утверждения заключения служебной проверки; считать не подлежащими применению положения подпункта "а" пункта 21 Указа Президента Российской Федерации "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О противодействии коррупции" в случаях, когда уполномоченный орган, в который подано сообщение об известных заявителю фактах коррупции, не признал данные факты нашедшими подтверждение и относящимися к коррупции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 17 июля 2014 года N 1728-О, отказывая в принятии к рассмотрению жалобы Г.В.Тарасовой на нарушение ее конституционных прав частью третьей статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, частью 4 статьи 58 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", статьей 41.7 и пунктом 1 статьи 44 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", отметил, что проведение служебной проверки в соответствии с приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 18 апреля 2008 года N 70 "О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации" и, как следствие, возможное увеличение срока, в течение которого на прокурорского работника может быть наложено дисциплинарное взыскание, имеет целью обеспечение полного и объективного исследования обстоятельств совершения дисциплинарного проступка и направлено в том числе на защиту прокурорских работников от необоснованного привлечения к дисциплинарной ответственности.
Вновь оспаривая в том же аспекте положения части третьей статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 6 статьи 41.7 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в связи с новым их применением судом, но не приводя при этом доводов, которые могли бы дать основание Конституционному Суду Российской Федерации для принятия иного решения по предмету жалобы в данной части, заявительница фактически выражает несогласие с выводами Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в названном Определении. Между тем согласно части первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно и обжалованию не подлежит.
2.2. Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что право на судебную защиту, как оно гарантировано статьей 46 Конституции Российской Федерации, не предполагает возможность выбора гражданином по своему усмотрению конкретных форм и способов такой защиты, которые устанавливаются федеральным законом. Тем самым предполагается, что заинтересованные лица вправе осуществлять процессуальные действия в рамках защиты нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса лишь в определенном порядке.
Часть вторая статьи 61 ГПК Российской Федерации, прямо предусматривающая освобождение от доказывания вновь в рассматриваемом судом общей юрисдикции деле только тех обстоятельств, которые ранее установлены вступившим в законную силу судебным постановлением, принятым в другом деле, в котором участвовали те же лица, конкретизирует общие положения процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений судов общей юрисдикции и, как направленная на обеспечение законности выносимых судом постановлений, во взаимосвязи с другими предписаниями данного Кодекса, в том числе закрепленными в его части второй статьи 12, части второй статьи 13, части второй статьи 56, статьи 67, части второй статьи 195, не предполагает ее произвольного применения, не содержит какой-либо неопределенности, а потому не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявительницы, перечисленные в жалобе, в указанном ею аспекте.
Что же касается подпункта "а" пункта 21 Указа Президента Российской Федерации "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О противодействии коррупции", то предусмотренное им правило закреплено в целях защиты прав лица, сообщившего в правоохранительные или иные государственные органы или средства массовой информации о ставших ему известными фактах коррупции, от необоснованного применения к нему мер дисциплинарной ответственности, направлено на защиту его прав в связи с сообщениями о фактах коррупции и не может рассматриваться как нарушающее права граждан.
Как следует из жалобы, доводы, приведенные Г.В.Тарасовой в обоснование неконституционности подпункта "а" пункта 21 Указа Президента Российской Федерации "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О противодействии коррупции", свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав она связывает не с содержащимися в нем предписаниями, а с необходимостью применения судом данной нормы в ее конкретном деле.
Между тем разрешение вопроса о выборе норм, подлежащих применению в конкретном деле, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, определенные статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Тарасовой Галины Викторовны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. ЗОРЬКИН