АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 4 мая 2017 г. N Ф09-1737/17
Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2017 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 04 мая 2017 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Бородаева Владислава Анатольевича (далее - предприниматель, ответчик) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2016 по делу N А60-30077/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017 по тому же делу.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании приняли участие:
представитель предпринимателя - Степановских Е.А. (доверенность от 02.11.2016).
представители Управления Роспотребнадзора по Свердловской области (далее - управление, истец) - Сывороцких М.А. (доверенность от 24.11.2016 N 01-01-05-28/103).
Управление обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о запрете предпринимателю осуществления дезинфекционной деятельности в очагах туберкулеза.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены государственное бюджетное учреждение здравоохранение Свердловской области "Противотуберкулезный диспансер" (далее - учреждение здравоохранения), общество с ограниченной ответственностью "Отель Вознесенский" (далее - общество).
Решением суда от 14.10.2016 (судья Киреев П.Н.) исковые требования удовлетворены частично, предпринимателю запрещено осуществлять заключительную дезинфекционную деятельность в составе медицинской услуги в очагах туберкулеза в отсутствие соответствующей лицензии. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017 (судьи Риб Л.Х., Варакса Н.В., Щеклеина Л.Ю.) решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе предприниматель просит обжалуемые судебные акты в части удовлетворения исковых требований отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на неправильное применение норм материального права.
Заявитель жалобы настаивает на том, что услуги по дезинфекции относятся к лицензируемой деятельности лишь в случае их оказания в рамках медицинской помощи. Напротив, деятельность по дезинфекции в очагах туберкулеза не может рассматриваться в качестве медицинской услуги, поскольку не предполагает контакта с пациентом.
Также предприниматель указывает на неправильное применение ст. 1065 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению заявителя жалобы, осуществление деятельности без лицензии само по себе не может являться причиной возникновения какого-либо вреда.
Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.
Как следует из материалов дела, основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском послужило выявление управлением в ходе эпидемиологического расследования факта осуществления предпринимателем работ по заключительной дезинфекции в очаге туберкулеза общества и учреждения здравоохранения в отсутствие лицензии на медицинскую деятельность по работе (услуге) "дезинфектология",
Удовлетворяя заявленные требования в обжалуемой части, суды правомерно исходили из следующего.
В соответствии с п. 46 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (далее - Федеральный закон N 99-ФЗ) медицинская деятельность (за исключение указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково"), подлежит лицензированию.
Порядок лицензирования медицинской деятельности установлен Положением о лицензировании медицинской деятельности.
Пунктом 3 Положения о лицензировании медицинской деятельности определено, что медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются при оказании первичной медико-санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно-курортном лечении, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях. Требования к организации и выполнению указанных работ (услуг) в целях лицензирования устанавливаются Министерством здравоохранения Российской Федерации.
Из системного толкования приведенных нормативных положений следует, что лицензированию подлежит медицинская деятельность в виде работ (услуг), включенных в перечень и выполняемых в рамках оказания медицинской помощи.
В перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены работы (услуги) по дезинфектологии.
Медицинской услугой является медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 4 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ). В свою очередь под медицинским вмешательством понимаются выполняемые медицинским работником по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность, виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности (п. 5 ст. 2 Федерального закона N 323-ФЗ).
Из системного толкования положений Федерального закона N 99-ФЗ, Федерального закона N 323-ФЗ, Положения о лицензировании медицинской деятельности, а также писем Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14.10.2014 N 24-1/3060814-2592, от 24.05.2013 N 16и-521/13, следует, что работы (услуги) по дезинфектологии подлежат отдельному лицензированию как вид медицинской деятельности лишь в тех случаях, когда они оказываются третьими лицами как самостоятельные работы, услуги в рамках медицинской помощи.
Данная правовая позиция содержится в Постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2016 N 303-АД15-15624 по делу N А16-291/2015.
Обязанность по проведению заключительной дезинфекции в очагах туберкулеза и порядок проведения дезинфекционных мероприятий установлены Санитарно-эпидемиологическими правилами СП 3.1.2.3114-13 "Профилактика туберкулеза", утвержденными постановлением Главного санитарного врача Российской Федерации от 22.10.2013 N 60 (в редакции от 06.02.2015) (далее - СП 3.1.2.3114-13). В частности, п. 9.1 СП 3.1.2.3114-13 установлено, что в очагах туберкулеза проводится текущая и заключительная дезинфекция, при этом заключительная дезинфекция в очагах туберкулеза осуществляется специализированными организациями, имеющими лицензию на медицинскую деятельность (п. 9.3, 9.5 СП 3.1.2.3114-13).
Правильно применив указанные выше нормы права, указав, что заключительная дезинфекция относится к обязательным санитарно-противоэпидемическим (профилактическим) мероприятиям в рамках оказания медицинской помощи, которую должна провести противотуберкулезная медицинская организация в целях осуществления своей медицинской деятельности, суды пришли к правомерному выводу о том, что такая услуга (работа) также относится к медицинским услугам, подлежащим лицензированию.
Довод заявителя жалобы относительно того, что деятельность по дезинфекции в очагах туберкулеза не может рассматриваться в качестве медицинской услуги, поскольку не предполагает контакта с пациентом подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании вышеуказанных норм права.
Ссылка предпринимателя о недоказанности оснований для обращения с иском о запрете осуществления деятельности судами рассмотрена, ей дана надлежащая правовая оценка.
Согласно п. 1 ст. 1065 Гражданского кодекса Российской Федерации опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску о запрещении деятельности, создающей такую опасность.
Данная норма выполняет предупредительную функцию, направленную на обеспечение охраны прав и интересов граждан и организаций, являясь в соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав.
Рассматривая настоящий спор, установив, что предприниматель осуществлял такой вид деятельности, как дезинфектология, в рамках которой оказывал диспансеру услуги по заключительной дезинфекции в очагах туберкулеза не имея лицензии, суды пришли к правомерному выводу о создании предпринимателем опасности для здоровья неограниченного круга лиц, нарушении прав граждан в сфере осуществления медицинской деятельности, что в силу положений ст. 12, 1065 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием к запрещению данной деятельности.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не выявлено.
Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2016 по делу N А60-30077/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Бородаева Владислава Анатольевича - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.