ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 апреля 2004 г. N 3-011/04
Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
рассмотрела в судебном заседании от 6 апреля 2004 года кассационные жалобы осужденного С-ва и его защитника - адвоката Т. на приговор 4 окружного военного суда от 22 декабря 2003 года, согласно которому военнослужащий войсковой части 12556 полковник С-ов, родившийся 28 октября 1953 года в селе Королево Виноградовского района Закарпатской области (УССР), ранее не судимый, на военной службе с 1 августа 1970 года, в том числе в офицерском звании с 1974 года, командир войсковой части 12556, осужден к лишению свободы по п."а" ч.3 ст. 286 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на один год и шесть месяцев, по ч.1 ст. 283 УК РФ на один год, а по совокупности преступлений на два года условно с испытательным сроком в один год.
По обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п."б", "в" ч.2 ст. 160 и ст. 292 УК РФ, С-ов оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.
Заслушав доклад генерал-лейтенанта юстиции Пархомчука Ю.В.,выступление осужденного С-ва и его защитника адвоката Т. в обоснование поданных ими кассационных жалоб и выступление старшего военного прокурора управления Главной военной прокуратуры подполковника юстиции Кочерги С.А., предложившего приговор в отношении С-ва оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного и его защитника - без удовлетворения, Военная коллегия
установила:
С-ов признан виновным в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, с применением насилия, а также в разглашении сведений, составляющих государственную тайну, лицом, которому она была доверена по службе, вследствие чего они стали достоянием других лиц.
Согласно приговору, С-ов, будучи командиром части, 22 апреля 2002 года по незначительному поводу избил своих подчиненных рядовых Н-ца и Н-ва, причинив им побои. При этом С-ов приказал указанным лицам разуться и, превышая власть, каблуком сапога ударил Н-ца в переносицу, разбив ее до крови, а Н-ва ударил ладонью по лицу и схватил за щеку.
Кроме того, 19 июня того же года С-ов, превышая свои служебные полномочия, ударом кулака по лицу младшего сержанта Св-го разбил ему губы до крови, а затем еще несколько раз ударил ладонью по лицу, причинив побои, за то, что тот несвоевременно заправил автомобиль С-ва.
В результате неправомерных действий С-ва существенным образом были нарушены права и законные интересы потерпевших.
Помимо изложенного выше, в период с 9 по 14 августа 2002 года С-ов, имея допуск к сведениям, составляющим государственную тайну и не подлежащим разглашению, без умысла на государственную измену привлек подчиненных военнослужащих рядовых Са-ва и Ш-ва к изготовлению на категорированной ПЭВМ личного плана работы командира командного пункта на период его перевода с мирного на военное время (далее по тексту "Личный план работы командира части"). В результате этого указанные военнослужащие узнали сведения, подпадающие под п. 5 "Перечня сведений, отнесенных к государственной тайне", утвержденного Указом Президента РФ от 30 ноября 1995 года N 1203 "Об утверждении перечня сведений, отнесенных к государственной тайне" с последующими изменениями и дополнениями, а также под п. 154 графы 11 (сведения, раскрывающие мобилизационное развертывание войск (сил)) "Перечня сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных Силах Российской Федерации", утвержденного приказом Министра обороны РФ N 015 от 25 марта 2002 года "Об утверждении перечней сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных Силах Российской Федерации", составляющих государственную тайну с грифом секретности "секретно".
В кассационных жалобах защитник Т. и осужденный С-ов, не оспаривая обоснованность осуждения последнего за превышение должностных полномочий и правильность квалификации этих преступных действий по соответствующей статье УК РФ, приводя аналогичные доводы, настаивают на оправдании С-ва по ч.1 ст. 283 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления и снижении ему наказания по п."а" ч.3 ст. 286 УК РФ.
В обоснование этого адвокат Т. указывает, что, признав С-ва виновным в разглашении секретных сведений, которые содержатся в п.п.17, 21, 22, 25 и 27 "Личного плана работы командира части", суд вышел за пределы предъявленного ему обвинения и ухудшил положение осужденного, что в соответствии со ст. 252 УПК РФ недопустимо.
Кроме того, заявители утверждают, что вывод экспертов о секретности указанного документа, в котором не детализируется содержание проводимых командиром части мероприятий, является необоснованным, а само заключение незаконным, поскольку оно не раскрывает результатов проведенных исследований, примененных методик и выводов по постановленным перед экспертами вопросами и противоречит требованиям п.п.9 и 10 ст. 204 УПК РФ и ст.ст. 4, 8, 25 и 41 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Необоснованным, по мнению заявителей, является и вывод суда о разглашении С-вым сведений, составляющих государственную тайну, которые стали известны посторонним лицам, поскольку, помимо повторяющегося доклада об отмобилизовании роты охраны и разведки при объявлении различных степеней боевой готовности, никаких секретных сведений в "Личном плане работы командира части" не содержится.
Более того, само по себе эпизодическое привлечение Са-ва и Ш-ва к работе над составлением этого документа, который имеет большой объем и изобилует специальными терминами, по мнению заявителей, не позволяло указанным лицам, понять его содержание и усвоить материал, с которым они работали. Следовательно, эти сведения не стали достоянием гласности, поэтому в действиях С-ва отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.1 ст. 283 УК РФ.
Помимо изложенного выше, экспертами и судом не принято во внимание, что войсковая часть 12556 является частью постоянной боевой готовности, поэтому содержание указанных в "Личном плане работы командира части" сведений о проводимой частью мобилизацией было известно Са-ву и Ш-ву до ознакомления с этим документом.
Государственный обвинитель Слепцов С.Н. в возражениях на кассационные жалобы осужденного С-ва и адвоката Т. считает приговор законным и обоснованным, а утверждения заявителей несостоятельными.
Рассмотрев материалы уголовного дела и обсудив доводы, приведенные в кассационных жалобах, Военная коллегия находит приговор в отношении С-ва законным, обоснованным и не подлежащим изменению по следующим основаниям.
Вывод суда о виновности С-ва в совершении преступлений, за которые он осужден, подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, всесторонне, полно и правильно исследованных судом в заседании и получивших надлежащую оценку в приговоре.
Утверждение заявителей в жалобах о необоснованности привлечения С-ва к уголовной ответственности за разглашение сведений, составляющих государственную тайну, и отсутствии в его действиях состава данного уголовно наказуемого деяния противоречит собранным по делу доказательствам и является ошибочным.
В соответствии с ч.3 ст. 21 Закона РФ "О государственной тайне" от 21 июля 1993 года N 5485-1 с последующими изменениями и дополнениями, допуск должностных лиц и граждан к государственной тайне предусматривает принятие ими на себя обязательств перед государством по нераспространению доверенных им сведений, составляющих государственную тайну, а также ознакомление указанных лиц с нормами законодательства Российской Федерации о государственной тайне, предусматривающими ответственность за его нарушение.
В силу п.п."г" п.7 "Наставления по защите государственных секретов в Вооруженных Силах СССР", введенного в действие приказом МО СССР от 7 августа 1990 года N 010 "О введении в действие Наставления по защите государственных секретов в Вооруженных Силах СССР и Инструкции по обеспечению режима секретности в режимных частях Вооруженных Сил СССР", непосредственная ответственность за организацию и осуществление необходимых мероприятий по защите государственных секретов в частях возлагается на командира воинской части. При этом именно командир войсковой части обязан предъявлять высокую требовательность к личному составу в деле сохранения государственной и военной тайны, принимать меры по предотвращению случаев разглашения секретных сведений и утрат секретных документов (изделий), строго взыскивать с лиц, допускающих факты притупления бдительности и безответственности в сохранении доверенных сведений.
Однако из материалов дела видно, что С-ов не только не принимал действенных мер к соблюдению режима секретности среди подчиненных военнослужащих во вверенной ему части, но и сам создал предпосылки к разглашению сведений, составляющих государственную тайну, в результате чего эти сведения стали известны посторонним лицам.
Так, по делу установлено, что именно С-ов своим распоряжением привлек подчиненных ему военнослужащих по призыву рядовых Са-ва и Ш-ва, не имеющих соответствующего допуска, для обработки с помощью категорированной ПЭВМ и распечатывания на бумаге "Личного плана работы командира части", в результате чего сведения, составляющие государственную тайну с грифом секретности "секретно", стали известны указанным военнослужащим.
Помимо показаний самого С-ва, данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей Са-ва, Ш-ва и Д-ва, содержанием протокола осмотра места происшествия, проведенного в служебном помещении N 209 штаба войсковой части 12556, сообщением начальника штаба войсковой части 12556 и военных комиссаров об отсутствии у Са-ва и Ш-ва допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, заключением экспертов от 18 декабря 2003 года и другими доказательствами, достоверность которых сомнений не вызывает.
Утверждение заявителей в жалобах об отсутствии сведений, составляющих государственную тайну, в пунктах 17, 21, 22, 25 и 27 "Личного плана работы командира части", противоречит заключению экспертов от 18 декабря 2003 года, которые пришли к единому, однозначному и бесспорному выводу, что указанные в этих пунктах сведения являются достоверными, подпадают под пункт 5 "Перечня сведений, отнесенных к государственной тайне", утвержденного Указом Президента РФ от 30 ноября 1995 года N 1203, а также под пункт 154 графы 11 (сведения, раскрывающие мобилизационное развертывание войск (сил)) "Перечня сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных Силах Российской Федерации", утвержденного приказом МО РФ N 015 от 25 марта 2002 года N 015 "Об утверждении перечней сведений, подлежащих засекречиванию в Вооруженных Силах Российской Федерации", и на момент их разглашения и в настоящее время составляют государственную тайну с грифом секретности "секретно".
Каких-либо оснований для сомнений в достоверности заключения экспертов, о чем заявители настаивают в жалобах, не имеется, поскольку оно дано высококвалифицированными специалистами - начальником группы службы защиты государственной тайны Космических войск подполковником Нарыжным В.Н., старшим офицером оперативного управления штаба Космических войск подполковником Анфимовым А.М. и заместителем начальника оперативного отдела штаба войсковой части 03366 подполковником Молчановским А.Л. Составленное ими экспертное заключение отвечает всем требованиям, предъявляемым к заключению экспертов ст. 204 УПК РФ и Федеральным законом "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31 мая 2001 года N 73, в отличие от других двух заключений экспертов на предварительном следствии полно отражает анализ законодательных и ведомственных нормативных актов, регулирующих вопросы отнесения рассматриваемых сведений к государственной тайне, и содержит подробный анализ содержания всех разделов исследуемого документа с результатами проведенных исследований. Полученные при этом выводы по поставленным перед экспертами вопросам аргументированы. Учитывая изложенное и всесторонне оценив это заключение экспертов с другими заключениями, суд обоснованно признал данное заключение правильным и в совокупности с другими доказательствами правомерно положил его в обоснование приговора, а остальные заключения отклонил.
Утверждение заявителей в жалобах о несекретности содержащихся в "Личном плане" докладов командира войсковой части 12556 вышестоящему командованию является необоснованным, поскольку доклады, по выводам экспертов, позволяют уяснить порядок отмобилизования командного пункта в различных степенях боевой готовности на период его перевода с мирного на военное время. Указанные сведения, по пояснениям экспертов в суде, являются очень важными для деятельности войсковой части в таких ситуациях и, следовательно, должны быть закрытыми для других лиц, не допущенных к секретным сведениям, и разглашению не подлежат.
Утверждение в жалобах об отсутствии у Са-ва и Ш-ва соответствующих навыков, без которых они не могли уяснить содержание секретного документа, несостоятельно, поскольку разглашение государственной тайны как преступление считается оконченным с момента, когда секретные сведения стали известны постороннему лицу.
Наряду с этим, по делу установлено, что секретные сведения, которые содержались в "Личном плане работы командира части" и стали известны Са-ву и Ш-ву, для них были хорошо понятны. На предварительном следствии указанные лица, а Са-ов и в судебном заседании поясняли, что в результате работы над документом в электронном виде и на бумажном носителе в течение продолжительного времени с 9 по 14 августа 2002 года они детально усвоили назначение и структуру документа, порядок перевода командного пункта в различные степени боевой готовности, в ходе которых предусматривались мероприятия, относящиеся к отмобилизованию и формированию отдельного важного подразделения и прибытию резервистов.
Несмотря на проводимые в подразделении мероприятия по поддержанию постоянной боевой готовности, которые доводятся до личного состава только в части его касающейся, о содержании конкретных мероприятий, относящихся исключительно к командиру части, Са-ов и Ш-ов, по их показаниям, узнали лишь при исполнении этого секретного документа.
Проанализировав показания указанных лиц, которые по своему общеобразовательному уровню являются достаточно подготовленными военнослужащими, способными не только выполнять работу по оформлению секретных документов, но и уяснить для себя конкретную информацию из них, в данном случае из "Личного плана работы командира части", суд пришел к обоснованному выводу о достоверности их показаний.
Вопреки утверждению в жалобе адвоката Т., суд не вышел за пределы предъявленного С-ву обвинения в разглашении охраняемых законом сведений, указанных в "Личном плане работы командира части", поскольку за разглашение каких-либо других секретных документов С-ов осужден не был.
Что касается конкретизации судом пунктов указанного плана, содержащих в себе секретные сведения, то она свидетельствует лишь об уменьшении объема предъявленного С-ву обвинения и не нарушает его прав на защиту.
Учитывая, что С-ов, зная руководящие документы, регулирующие вопросы охраны государственной тайны, понимал, что Са-ов и Ш-ов, которые не имели соответствующего допуска для работы с секретными документами, не должны были знакомиться с "Личным планом работы командира части", имеющим гриф "секретно", но вопреки закону допустил факт его восприятия посторонними лицами, безразлично относясь к последствиям своих действий, суд пришел к правильному выводу о наличии в действиях С-ва косвенного умысла на разглашении сведений, составляющих государственную тайну лицом, которому они были доверены по службе, без признаков измены родине.
Эти преступные действия, а также превышение С-вым должностных полномочий, совершенное с применение насилия, по ч.1 ст. 283 и по ч.3 ст. 286 УК РФ квалифицированы правильно, а назначенное ему близкое к минимальному и ниже низшего предела наказание, предусмотренное санкциями соответствующих статей УК, которое по совокупности преступлений считается условным с испытательным сроком в один год и без лишения права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью, не может быть признано несправедливым вследствие строгости и не подлежит снижению, о чем заявители просят в жалобах.
Не установлено по делу и существенных нарушений УПК РФ, которые могут повлечь за собой отмену или изменение приговора.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, ч.1, п.1, и 388 УПК РФ, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
Приговор 4 окружного военного суда от 22 декабря 2003 года в отношении С-ва оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного и адвоката Т. - без удовлетворения.
Судья Верховного Суда РФ
генерал-лейтенант юстиции
ПАРХОМЧУК Ю.В.
Судебный секретарь
ЛУПЯННИКОВА Л.В.