МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПИСЬМО
от 11 февраля 2015 г. N 03-06-07-01/5869
Департамент налоговой и таможенно-тарифной политики рассмотрел обращение о возможных изменениях принятого Федерального закона от 24.11.2015 N 366-ФЗ в части налогообложения налогом на добычу полезных ископаемых и взимания таможенной пошлины на нефть и нефтепродукты (далее - налоговый маневр) при низком уровне цен на нефть и сообщает.
Официальный источник электронного документа содержит неточность: имеется ввиду Федеральный закон от 24.11.2014 N 366-ФЗ
При подготовке в 2013 - 2014 годах налогового маневра проводился анализ экономических последствий его принятия, в том числе на формирование цены на топливо внутри страны. В соответствии с существовавшим на тот момент макроэкономическим прогнозом инкрементальный (то есть обусловленный только маневром, при прочих равных условиях) рост цен на топливо на внутреннем рынке мог составить до 3 рублей на 1 литр топлива в год. В условиях равнодоходности поставок нефтепродуктов на экспорт и на внутренний рынок внутренняя цена во многом определяется ставкой экспортной пошлины - чем ниже пошлина, тем ближе внутренняя цена к экспортной.
По оценкам Минфина России, при низких ценах на нефть налоговый маневр реализует оптимальный сценарий регулирования для цен внутреннего рынка. С точки зрения массового потребителя сценарий налогового маневра оказывается лучше, чем два других - налоговые условия 2014 года и установленные до маневра налоговые параметры с учетом экспортной пошлины на мазут на уровне 100% экспортной пошлины на нефть начиная с 2015 года.
Это связано с тем, что для предотвращения чрезмерного роста цен в рамках маневра были существенно снижены фиксированные, не зависящие от нефтяных цен рублевые ставки акциза на моторное топливо (бензин и дизельное топливо). В условиях низких цен на нефть маржинальное снижение ставок экспортных пошлин на это топливо в абсолютном выражении даже с учетом девальвации рубля оказалось меньше снижения ставок акциза, что обеспечивает минимальное давление на цены внутреннего рынка по сравнению с другими сценариями.
Аналогичные выводы можно сделать и для сектора нефтепереработки: показатель EBITDA (показатель, рассчитываемый на основании финансовой отчетности компании и служащий для оценки прибыльности основной деятельности компании) этого сектора в условиях свободного ценообразования устойчив к уровню цен на нефть, а условия функционирования сектора в 2015 году оказываются лучше, чем при введении 100%-ной пошлины на мазут. Поскольку цены на внутреннем рынке меняются вслед за ценой экспортной альтернативы, операционные затраты номинированы в рублях, а доля расходов на уплату пошлины в выручке снижается по мере снижения цены нефти.
Кроме того, основная часть капитальных и операционных затрат в отрасли номинирована в рублях. Девальвация рубля не приводит к одномоментному пропорциональному росту этих расходов в долларах США, так как по большей части они состоят из рублевых затрат на электроэнергию, амортизацию оборудования, зарплат и отчислений на социальное страхование. Доля расходных материалов в затратах может составлять 15 - 20%, поэтому удвоение их стоимости приводит к аналогичному росту совокупных затрат.
При этом указанный выше рост затрат полностью компенсируется девальвацией рубля, в результате денежный поток отрасли, выраженный в рублях, по оценкам Минфина России, по мере снижения цены на нефть оказывается выше на 30 - 40%, чем при цене нефти 100 долларов США за баррель нефти.
Таким образом, предварительный анализ эффектов налогового маневра в условиях новой экономической ситуации в России показывает практически полное отсутствие краткосрочных системных рисков в нефтяной отрасли, которые были бы обусловлены этой реформой.
Резкое снижение операционной доходности в секторе нефтедобычи в декабре 2014 - январе 2015 года не носит системного характера. При стабилизации цены нефти или ее росте операционная доходность организаций нефтедобывающего и перерабатывающего секторов выйдет на стабильный показатель, при этом рост цен на бензин должен остаться в пределах запланированного.
В связи с вышеизложенным, по мнению Департамента налоговой и таможенно-тарифной политики, необходимость внесения каких-либо изменений в налоговый маневр в настоящее время отсутствует.
Директор Департамента налоговой
и таможенно-тарифной политики
И.В. ТРУНИН